Место, где свет. Выпуск №77

Иногда посреди общего разговора неожиданно возникает тема книжек из детства – тех самых, с единственно правильными картинками и узнаваемыми заломами на страницах.

Они были прекрасны. Они были белоснежны. Они пахли необыкновенно.

«А Динка! Обложка такая розоватая!» - «Точно! А «Девочки, книга для вас!» - «Капа! Таня! Ну, конечно!» - «А «Девочка, с которой детям не разрешали водиться»?» - «Оранжевая! У меня была такая!» - «А сейчас я назову книгу, которой ни у кого из вас точно не было! «Жизнь и приключения Заморыша!» - «Как они на поезде убегали? Была такая!..» - ну, и так далее, до бесконечности…

И сразу все становятся такими родными, такими понятными. Прощаются мелкие обиды, забывается наговоренное и наделанное. Играют невидимые флейты, звенят колокольчики, переливаются ксилофоны. Хочется дружить и перезваниваться как можно чаще.

Книга может быть потеряна, но пока мы живы, она существует. В этом смысле новейшее поколение живет уж очень обобщенными понятиями. У них мало личного. И этот грустный факт можно назвать книжным сиротством.

Жизнь всегда дает множество поводов для одиночества. Но в наше время количество этих поводов намного превышает количество поводов для родства.

Неужели битва проиграна?

И неужели нынешние пятнадцатилетние никогда не смогут понять, о чем поет Андрей Макаревич:

Наше общее детство прошло на одних букварях,

От того никому ничего объяснять и не надо.

Аделаида Котовщикова. Дядя Икс. Мелик-Пашаев, 2019.

Во-первых, шрифт. Во-вторых, цвет страниц. Ощущение, как будто действительно, а не во сне, держишь в руках книгу из детства – и даже из детства не твоего, а твоих родителей. Такую книгу уютно читать летом на даче. Или зимой, на ночь, лежа под толстым одеялом. Нет, все-таки, летом. Чтобы в окно заглядывали сороки, а вечерами казалось, что по дому кто-то крадется.

И, в-третьих, Аделаида Котовщикова. Люди, родившиеся в советское время, легко считывают ее стилистику, без особых проблем предсказывая развитие сюжета. Оно типично. Любая сложная ситуация исходит из непонимания того, что принято всеми членами общества – пусть даже речь о самых маленьких его членах. В ее развитии участвуют все, кто понимает. И заканчивается все хорошо.

В книге две повести Котовщиковой – «Пять плюс три» и «Дядя Икс». Их герои – совсем маленькие люди. Их талант в том, что им интересно жить: наблюдать, общаться с незнакомцами, спорить обо всем на свете. И задавать вопросы обо всем на свете.

(«– …А что это – барыш?

– Фу! – на лице у Стеши отразилось сильное отвращение. – Про какую мерзость ты спрашиваешь! Барыш – это когда продадут какую-нибудь вещь на рынке дороже, чем ее купили в магазине, а потом считают, сколько барыша наспекулировали. Тетка моя, бывало… Даже вспоминать не хочу…»)

Да, некоторые места в тексте придется специально объяснять – и это будет непросто.

Почему, например, папа Матвея уезжает в экспедицию и отправляет сына в интернат? («Сейчас не поехать было бы с моей стороны подлостью по отношению к людям: так сразу найти другого сотрудника на мое место в экспедиции было бы трудно. Ехать необходимо».)

Почему неизвестный дядя, по ошибке позвонивший в квартиру Кирилки, продолжает звонить туда ежедневно и ведет с мальчиком долгие разговоры? («–Здравствуй, Кирилл. Как поживаешь? – Хорошо поживаю. – И тут занятная мысль пришла Кирилке в голову. – Дядя Виталий Афанасьевич, – сказал он хитрым голосом, – а я знаю, кто вы!»)

Но, несмотря на вопросы, в целом книги Аделаиды Котовщиковой – это территория безопасности. Здесь не будет настоящего зла, а все персонажи стремятся к честности и справедливости. Взрослые заняты настоящими, серьезными делами. И даже добрая доктор добра как будто с задней мыслью – о других детях, к которым ей еще нужно успеть сегодня. То есть все идет по плану.

Словом, эта книга предназначена тем, кто любит и ценит подобный жанр. И кто способен за изменившимися обстоятельствами жизни увидеть неизменное – ребенка с его вопросами и выводами, открытиями и изобретениями.

Цитата:

Подошел к дырке в полу и осторожно вылил туда лекарственную кашицу. Немножко возле норки нарочно на пол пролил. Мышь наестся снотворного, вылезет доедать остатки и уснет возле норки. Тут-то он ее и поймает. Спящая она и не заметит, как очутится в банке. А потом проснется и приручится. 

Кирилка живо принес из кухни пустую банку из-под варенья, сел у норки, банку рядом поставил и стал ждать.

Мышь не показывалась. С полчаса терпеливо просидел Кирилка на полу – самому спать захотелось. Мышь все не появлялась. Зато появилась Вера Матвеевна.

Как всегда, Кирилка ей открыл, подал полотенце после мытья рук.

Едва войдя в комнату, Вера Матвеевна потянула носом.

– Чем у тебя так пахнет? Ты пролил валерьянку?

– Это, наверно, моя шурда-бурда! – весело сказал Кирилка. – Я и сам чую.

Эрих Кестнер. Мальчик из спичечной коробки. КомпасГид, 2019.

«Его называли Маленьким Человеком, и он спал в спичечной коробке»… Родители Максика, замечательные гимнасты, погибли, улетев в неизвестном направлении с Эйфелевой башни. Он живет в цирке и мечтает стать артистом.

Но что делать, если он такой крохотный, что запросто помешается в кармане профессора фокусных наук Йокуса фон Покуса? Зрители просто не заметят его, если он выйдет на арену!

Но профессор берется заботиться о маленьком Максике. («Тебя, - нежно сказал Йокус, - я люблю даже на самый сантиметр больше, чем хорошую погоду».) Втайне от всех они начинают готовить необыкновенный номер, который когда-нибудь обязательно войдет в историю. В компании с Волдемаром Чурбанном профессор и мальчик из спичечной коробки переезжают из города в город, из гостиницы в гостиницу. За это время маленькому Максику приходится многому научиться, добиться славы, пережить похищение и вновь выйти на сцену («Овация – я знаю это наперед – будет беспримерной. Можете не беспокоиться! Если кто-нибудь при этом отобьет себе руки, он может после окончания представления получить в кассе пару новых рук».)

Эрих Кестнер, придумавший такого обаятельного героя, – немецкий писатель, журналист, сценарист, кабаретист, лауреат премии Андерсена. В 1933-м его книги сжигали, как «противоречащие немецкому духу». Зато после войны его книги читали даже в Израиле, где все немецкое долго вызывало ненависть и отторжение. Памятник Кестнеру в его родном Дрездене – стопка книг на столе. На ней шляпа, а рядом чашка, блокнот – писатель отдыхает за столиком кафе.

« Мальчика из спичечной коробки» он написал в 60-х для своего единственного сына. Другие его книги – «Когда я был маленьким», «Эмиль и сыщики», «Летающий класс» – любимы и читаемы во всем мире, экранизированы не по одному разу, превращены в комикс-версии, мультфильмы, анимационные сериалы. Они живы.

Цитата:

Чем старше становился Маленький Человек, тем чаще у них с Йокусом заходили разговоры о том, кем же в конце концов он собирается стать. И Максик каждый раз заявлял:

– Я пойду в цирк. Я буду артистом.

А профессор каждый раз качал головой и возражал:

– Нет, малыш, это не годится. Ты слишком мал для артиста.

– Ты каждый раз по-другому говоришь! – ворчал Максик. – А кто мне рассказывал, что многие знаменитости были маленького роста? И Наполеон, и Юлий Цезарь, и Гёте, и Эйнштейн, и еще другие. И потом, ты говорил, что высокие люди редко бывают великими, потому что у них вся сила уходит в рост.

Профессор почесал голову. Наконец он сказал:

– Все же и Цезарь, и Наполеон, и Гёте, и Эйнштейн никогда не стали бы хорошими артистами. У Цезаря, например, были такие короткие ноги, что он с трудом влезал на коня.

Тамара Крюкова. Блог кото-сапиенса. Аквилегия-М, 2019.

Каждый кот мог бы вести свой собственный блог. (Многие, наверняка, так и поступают – только это пока секрет.) Котоблог – замечательный жанр. Ведь правильный кот отличается повышенной наблюдательностью, хорошими манерами и подлинной мудростью. Надо только перевести с кошачьего на человечий, и убедиться в этом сможет абсолютно каждый.

Хорошо, что у нас есть Тамара Крюкова, в совершенстве владеющая обоими языками! Теперь мы точно знаем, как дворовые коты попадают в теплые квартиры, что чувствует каждый кот в Новый год, куда лучше всего спрятаться, если хозяева заводят себе инопланетянина, действительно ли полезны витамины для животных и почему диван красивого оттенка светлый беж – это зло.

Будучи в семье главным, кот привык жить на полную катушку. Почему же люди проживают свою жизнь так бездарно? Даже мудрый Барсик не может ответить на этот вечный вопрос.

«Блог кото-сапиенса» – продолжение «Дневника кото-сапиенса». Барсик вышел в интернет и покорил его. Что он придумает дальше?

Цитата:

Поклевать салатика и изматывать себя зарядкой – это называется здоровый образ жизни? Не смешите! Любой кот вам скажет, что здоровый образ жизни, это когда наелся мяса, а потом лежишь на диване.