Когда плохо...Выпуск №2

В советской литературе герой-ребенок сражался с кем-то неправильным. Конфликт чаще всего строился по формуле «я – чужой», «я – другой». В современной литературе (или недавно переведенной на русский язык) формула конфликта выглядит как «я – я». Герой сражается с самим собой, винит самого себя, пытается понять себя и побеждает – тоже себя.

Когда ты болен, тебе нужно взорвать себя, вырваться из глухого отчаяния, преодолеть молчание, в котором вдруг оказываешься. 

Когда ты одинок и слаб, тебе нужно научиться верить в хороший исход. «Всё будет хорошо» – как увидеть за этими дежурными словами реальную возможность?

Когда ты вдруг становишься старшим, хотя и не готов к этому, нужно на время забыть о себе, о том, что больше всего на свете ты хочешь быть свободным. 

Ты думаешь, что у тебя нет выхода – а у тебя нет другого выхода, кроме как найти его. И ты находишь. И побеждаешь. И живешь. 

Когда плохо, нужно, чтобы стало хорошо. Это слишком просто. Настолько просто, что мы часто перешагиваем через эту мысль. И хорошо не становится. 

Красота и ценность современной литературы – в том, что она не пренебрегает простыми вещами. Потому что строить сложно сконструированное здание без фундамента означает обречь его на разрушение. 

Мари-Од Мюрай. Умник. Самокат, 2015. 

Умнику 22 года. Его брату Клеберу – 17, но по сути, именно Клеберу приходится быть старшим: искать жильё, оберегать Умника от опасностей и злобы, заботиться о том, чтобы он был сыт, одет и спокоен, по мере сил развлекать. Словом, носиться, как с малым дитем. А все оттого, что развитие Умника остановилось на отметке «3». Он умственно отсталый.

Отец считает, что Умник должен провести свою жизнь в специнтернате, мама умерла, остальные родственники видят в Умнике обузу. 

Мнение родственников не мешает Клеберу думать о брате иначе. Поэтому он забирает Умника из интерната и снимает им жилье – две комнаты в большой квартире, остальные комнаты которой занимают снимают студенты: девушка и трое молодых людей. 

Конечно, Умнику тяжело жить среди людей, ведь его интеллекту только три года. Потому он запросто может стащить зажигалку, чтобы потом что-нибудь поджечь, смертельно оскорбить буржуазного до кончиков ногтей соседа, влезть во взрослую беседу с неуместной репликой, расколотить об стену мобильный телефон, испачкать рвотой ковер – да мало ли что может прийти ему в голову. Или в голову Крокролю – его лучшему другу, игрушечномукролику, с которым он играет, разговаривает и вместе с которым пытается осмыслить происходящее вокруг. 

Клебера не пугает, что его брат умственно отсталый. Страшно было, когда в интернате он превратился в овощ и никак не реагировал на жизнь. А жизнь – она и у трехлетнего стремительна и полна ежеминутных перемен. 

Цитата: 

« – Да-да… Извините, но я вынужден попросить вас выйти отсюда. 

– В курящий зал?

– Нет, совсем.  

– Но я еще не поел. 

– Выходите немедленно! – повторил метрдотель. 

В голосе его прозвучала угроза. Люди за соседними столиками смотрели на них. 

– Сумасшедших надо держать под замком. А они вон по ресторанам разгуливают! – проворчал ближайших сосед.

Умник схватил месье Крокроля и поскорее выбежал из зала. Все стало ясно как день этой темной ночью: вовсе не кролики людям не по душе. Им не нравится он сам».

Ларс Соби Кристенсен. Герман. «Самокат», 2017. 

Кто болел – тот знает. Кто не болел – должен знать. Когда с тобой происходит что-то странное, ты как будто попадаешь в стеклянный стакан. Вчерашние приятели обходят тебя по дуге, соседи смотрят с жалостью, но издалека. Учителя не замечают тебя на уроках, родители сдувают с тебя пылинки, одноклассники, пока вы в школе, проявляют повышенное дружелюбие. Зато за стенами школы ты для них – урод, существо с планеты позора. Раньше было сложно, но понятно. Теперь мир перевернулся вверх тормашками, и ты совершенно не понимаешь, что в нем делать. Для тебя просто нет места. Все красивее, богаче, удачливее тебя. 

Герман Фюлькт живет в самой счастливой семье на свете, где все любят друг друга. Любви так много, что он буквально плывет по жизни, как гигантский угорь. Но однажды с ним происходит такое, чего никогда не могло случиться. С кем угодно, но только не с ним. И Герман перестает чувствовать любовь. Не только к родным и друзьям, но в первую очередь к самому себе. 

Герман ходит по улицам города и заново узнает места, знакомые с рождения. Вместе с ним и нам придется открывать непостижимый северный город, впитавший в себя все эмоции серого цвета. «Я люблю такую литературу, в которой видны отпечатки пальцев, такую, которая может быть написана только «здесь», а не в любом из крупных аэропортов мира» – говорит автор «Германа», Ларс СобиКристенсен. Но если история Германа разворачивается в декорациях Осло и созвучна ему, то история читателя может произойти в любом другом городе – и переживать ее придется заново, самому, в полном одиночестве.

Цитата: 

«Он лежал в кромешной тьме, плач прекратился, со всех сторон он слышал только свой голос, как будто с ним разговаривало трехголовое зеркало. 

– Ты урод, Герман! Урод! Ага, урод!

И темнота все кромешнее, все чернее от каждого нового «урод», «урод», «урод». Она сочится из глаз внутрь, расползается по телу, больно дерет и ранит, в ней остатки стекла, разбитых зеркал и глобусов, они достают до всего. 

– Я урод! Я урод! Я урод!

Казалось, что тьма поглотила Германа целиком, с кожей и волосами… ну, остатками их». 

Фрида Нильсон. Меня удочерила Горилла. Самокат, 2015. 

Начинается эта история в грустном-грустном месте – в детском приюте. Героиня, девятилетняя Юнна, давно привыкла к тому, что ее считают неряшливой, как свинья,что на нее можно кричать в любое время суток и что ничего хорошего с ней не произойдет никогда по определению. Поэтому она даже не очень удивляется, когда в приют приезжает настоящая горилла и выбирает себе в дочериименно ее, Юнну. Ведь, как с уверенностью сказал ее друг Аарон, эта мохнатая и уродливая дама забирает детей из приютов, чтобы потом съесть их. 

Но очень скоро выяснилось, что Горилла – лучшая на свете мать. «Она редко воротила нос от чего-то и никогда не повышала голос. Она всегда оставалась самой собой». А вместе с этим выяснилось, что Юнна далеко не неряха, что она человек, а не ходячая неприятность и еще – что с появлением Гориллы в ее нескладной жизни все наконец наладится. Хотя поначалу Юнну с Гориллой ждут и трудности, и гадости… 

А еще эта книжка о том, что у одних людей принято вести себя вот так, а у других – совсем по-другому: один по всем поводам моет руки, а другому совершенно все равно, сколько грязи на них налипло. И чтобы понять друг друга и не конфликтовать по мелочам, нужно обязательно научиться договариваться. 

Цитата: 

«Я показала ей локоть с царапиной. Горилла взяла меня на руки. Она была такая теплая и мягкая, а ее новое платье приятно пахло. 

Зарывшись лицом в густую шерсть, я обняла ее за шею. Горилла замерла. Как хорошо, когда тебя обнимают! Она вздрогнула и погладила меня по голове. 

– Малышка моя, – ласково сказала она. – Это я виновата. Надо было мне тебя подстраховать!

Я кивнула.  

– Заклеим пластырем? – спросила она. – А потом попробуем еще раз?»

Наталья Вишнякова