1364876285616251656156.jpg

«Барышня в разговоре не должна упоминать про черта, акушерок, любовников, бородавки, кислую капусту, грибы, редьку, колбасу, хвост, нижнее белье, желудочно-кишечные заболевания, свиней, пиво, лысины, новорожденных детей и бандажи»

(«Правила светской жизни и этикета. Хороший тон. Сборник советов и наставлений», СПб, 1896 г.)

По рельсам несутся паровозы, в небо поднимаются дирижабли, на улицу то и дело выползает самодвижущийся экипаж, открываются первые синема, в жизнь входят телеграф, телефон, электрический звонок, Чайковскому в Америке становится дурно при восхождении на 13-тиэтажный небоскреб – а тебе запрещают произносить слово «хвост». А ты, как назло, только о хвосте и думаешь.

Но даже посетовать на свое печальное положение тебе запрещено: «Есть некоторые слова и фразы, которые не принято употреблять в обществе: на них легла неизгладимая печать вульгарности. Не позволяйте себе божбы, восклицаний, вроде: «Ах, Боже мой!», «Ах, матушки!», «Скажите…», «Вот так!» и тому подобное. Женщина также никогда не должна называть мужчин по фамилиям».

Иными словами, не нужно лишних эмоций. Испугалась, удивилась, расстроилась – падай в обморок, но чтобы без божбы.

Чуть (чуть!) раньше, в начале того же века, за столом не рекомендовалось обсуждать болезни слуг и романтические отношения. Но и молчание за столом – признак плохого воспитания или плохого же настроения. Так что нужно было непринужденно щебетать, но при этом избегать обсуждения романов или вечно болеющих слуг.

Впрочем, и сейчас сохранились табу на некоторые темы. За столом не рекомендуют касаться четырех тем: политики, религии, медицины и денег. Без них как-то спокойнее.

В книгах тоже масса нераскрытых и даже нетронутых тем. Трогать или не трогать? Раскрывать или не раскрывать? Держать территорию книг в стерильности и бороться за нее? Или пугающие нас темы только кажутся ужасными, а при ближайшем рассмотрении не способны ни шокировать, ни удивить?

Стивен Иссерлис. Почему Чайковский спрятался под диваном? Нескучные истории о композиторах и музыке. Самокат, 2020.

126561569126561926591265.jpg

16+

Но это далеко не всё, что вам нужно знать об этой необыкновенной книге.

Написанная явно неординарной личностью («…когда Стивен Иссерлис родился, он знал лекарства от всех известных недугов и ответы на все ключевые вопросы науки, над которыми человечество ломает голову последние несколько тысячелетий. К сожалению, он забыл всю эту информацию перед тем, как начать говорить, и она была утеряна»), жизнелюбом и сибаритом, она представляет собой причудливую смесь комического и очень серьезного, нелепого и великого, от человека и от вечности.

Каждая глава, посвященная одному композитору «первого ряда» условно разделена на три части: портрет, биография и музыка. Собственно, интригующий факт о том, как Петр наш Ильич пытался укрыться под диваном, — это, скорее, портрет, чем биография. Такой веселый, немного гротескный, но без тени карикатурности, портрет.

Таких портретных деталей в книге великое множество. Вот Гендель, тайно протаскивающий в дом клавикорды и маниакально играющий на них по ночам под прикрытием отцовского храпа. Вот Чайковский заказывает в ресторане любимое блюдо – макароны. Вот семнадцатилетний Гайдн получает в подарок ножницы (!) и проверяет их остроту путем отрезания косички у товарища из хора (это был хор мальчиков, просто такая мода). Милые, неуклюжие, сомневающиеся, спотыкающиеся – классики изображены здесь с большой любовью и пониманием их слабостей. А от этого авторского великодушия их образы становятся еще более прекрасными.

Собственно, о прекрасном и написана вся книга. И о том, что жизнь человека не может быть нарисована одной четкой линией, а ее красота и осмысленность состоят из удачных и неудачных набросков, в которых и неверные штришки, и прописи, и кляксы, и смазанный отпечаток грязного пальца.

Цитата: 

Дело в том, что Чайковскому не особенно нравилась музыка Брамса. Но, как ни странно, их отношения улучшились, когда он сказал об этом Брамсу! (Тот был настолько самокритичен, что, вероятно, согласился.) Они провели приятный вечер вместе с еще одним замечательным композитором, норвежцем Эдвардом Григом. Все трое были приглашены на ужин в дом в Лейпциге. Сначала Чайковский и Брамс сидели по обе стороны от жены Грига, но внезапно она вскочила: «Я не могу сидеть между двумя такими гигантами! Я начинаю нервничать», - воскликнула она. Григ занял ее место и со свойственным ему непринужденным обаянием разрядил обстановку. Одно из самых ярких событий того вечера: Брамс схватил горшочек с клубничным вареньем и заявил, что сам все съест и ни с кем делиться не будет.

Арнар Маур Арнгримсон. Сага о юном Сёльви. Самокат, 2020.

178265416516596192569162586125.jpg

16 +

«Это лето, с его реальной жизнью, перевернуло всё. Технические штуки – ничто рядом с настоящим светом и радостью, от которых бьется сердце»,

У многих новый жизненный этап начинается именно так: его отправляют в деревню, в глушь, под присмотр малоизученной бабушки. Но самое страшное – без телефона, без компьютера, без интернета и вытекающих из него соцсетей. Казалось бы – нормальный подростковый конец света. Но для Сёльви из Исландии интернет – не Call of Duty или GTA. Не в первую очередь. Интернет для него – возможность посмотреть, как нормальные пары занимаются любовью. Без грязи. Без извращений. Просто нормальный секс.

И – нет – он не порочный, испорченный подросток. Он обычный. Просто очень замкнутый.

В общем, он привык к своей жизни: к ее тайной составляющей, к своей способности опозориться при большом стечении народа, к толстым стенам своей души, за которые никого нельзя допускать, к неудачам, к бессмысленной странности тех, кто сопровождает его жизнь.

И тут – вот тебе, бабушка, и Юрьев день (или какой у них там в Исландии может быть день имени Свободы).  Цивилизованный Рейкьявик остался далеко позади, а впереди теперь – необъятные зеленые холмы, леса и луга.

Пожилая родственница с порога радует его ранними подъемами и бескомпромиссной трудотерапией. Жизнь становится невыносимой настолько, что превосходит все его унылые ожидания. Сёльви пытается увернуться от наступающей на него труднообъяснимой реальности, но это как с головой спрятаться под одеяло – рано или поздно приподнимешь краешек, потом высунешь руку, ногу… Парень и опомниться не успел, как стал превращаться в абсолютно другого человека с топором в руках и ясностью в мыслях. И этот человек в какой-то момент даже начал ему нравиться. А от этого и окружающие перестали казаться такими страшными и ужасными. Ну, и отношение к сексу стало совсем другим, совсем.

История одного лета, которое изменило жизнь отдельно взятой, не очень счастливой семьи.

P.S. Трижды повторенное слово «нормальный» в третьем абзаце – это продуманный, взвешенный и осознанный шаг.

Цитата:

Слушать его разговоры с матерью было невозможно – а он звонил ей каждый день. И на прощание всегда произносил слова, которые вообще надо запретить: «Я тебя люблю». Невыносимо – все равно что смотреть, как кто-то при тебе мочится. Сёльви трясло об одной мысли об этом. А еще Скутти занялся стрельбой из лука со своим двоюродным братом с синдромом Дауна. Вот как можно относиться ко всему так легко? Сёльви по любому поводу дёргался: «Куда мне встать?», «Что сказать?», «Я сморозил глупость?», «Я могу сказать что-то не то?», «У меня вообще есть право тут быть?» А ответ всегда один: «Нет! Тебе здесь не место!» Как в песне «Ты не приглашен» группы XXX Rottweilerhundar, от которой у него мурашки бежали по коже.

Ивона Вежба. Тайная история трусов для почти взрослых. Самокат, 2020.

12765471512756127868581525.jpg

12+

После 12-ти детям уже полагается знать о трусах всё. А также о бюстгальтерах, корсетах, нижних юбках, ночных рубашках, панталонах, кринолинах. Об очень тесно связанной с нижним бельем темой гигиены.

Изучив вопрос с помощью автора этой книги, узнаем, что белье для человечества – тема, во-первых, сравнительно новая, во-вторых, до сих пор запретная и, в-третьих, смешная, интересная, удивительная и даже странная.

Взять, к примеру кринолин. Женщина, снизу закованная в клетку, по нескольку дней не снимает с себя этот кошмар. А как она при этом ходит в туалет? Как моется? Как спит, наконец?

Или взять древних римлян. Люди они были прямые и практичные, и из гигиенических соображений ввели в обязательный обиход ношение трусов. Приходит мрачное Средневековье трусы запрещены и объявлены греховным изобретением. В трусах ходят только падшие женщины. Приличные – без трусов. Вот такой парадокс.

Но и темные времена проходят – а со смягчением нравов возвращаются и трусы. Казалось бы – ура! Но вместе с ними пришел кринолин, великий и ужасный. Кринолин смдан в металлолом – новая мода, новые неудобства. Думаешь: зачем так мучаться, если римляне давным-давно все уже придумали и доказали? И вообще – было бы ради чего копья ломать!

А вот ради чего и как люди отстаивали свои идеи с помощью трусов – об этом узнаем из самой красивой книги года по версии 2015-го года. За красоту отдельное спасибо художнику книги Марианне Штыме.

Цитата:

Противники корсета причисляли его ношение к пяти проклятиям современности, наряду с курением табака, крепким алкоголем, азартными играми и финансовыми спекуляциями.

Врачи того времени много писали о вызываемых корсетом болезнях, как то: бессонница, меланхолия, малокровие, истерия, ипохондрия, эпилепсия, бесплодие, геморрой, дизентерия, желтуха, воспаление печени, носовые кровотечения, головные боли, боль в глазах, ушах и сердце, а также астма, диарея, больное потомство и множество других. Но многочисленные недостатки не мешали считать корсет символом высокого статуса. Не все женщины могли позволить себе носить этот предмет гардероба. Но что касается белья для нижней части тела, то в эпоху его величества корсета оно представлено разве что поясом верности.


Prev Next

19 июня – 7 августа 2020 г. – Набор в магистратуру "Теория литературы…

Приглашаем в магистратуру "Теория литературы и литературное образование" в Институте филологии и истории РГГУ. Мы надеемся, что сумеем гармонично соединить академическую...

2–8 августа 2020 г. — Междисциплинарный семинар в Пушкинских Горах для учителей гуманитарного…

Культурно-просветительское общество «Пушкинский проект» приглашает учителей на традиционный семинар в Пушкинских горах. В программе — посещение усадеб Пушкина, Святогорского монастыря с его могилой, дома-музея Довлатова, а...

26–31 июля 2020 г. – Летняя школа для учителей литературы в Ясной Поляне

С 26 по 31 июля 2020 года музей-усадьба Л. Н. Толстого «Ясная Поляна» совместно с ассоциацией «Гильдия словесников» при поддержке...

3–27 июня 2020 г. — онлайн-курс «Оценивание в обучении»

Школа для специалистов в сфере образования Schoolof Education приглашает преподавателей, методистов, дизайнеров образовательных программ и работников в областях HRи T&Dна онлайн-курс «Оценивание в обучении». Участники научатся планировать систему оценивания...

18 июня 2020 г. — начало цикла вебинаров «Современная детская литература с Натальей Кутейниковой»

Центр «Альфа-диалог» приглашает на цикл из 5 вебинаров «Современная детская литература с Натальей Кутейниковой». Ведущая цикла — доцент, кандидат наук, автор методических пособий по преподаванию...

14 июня–2 июля 2020 г. – Летние творческие программы для детей подростков в…

Центр «Арка Марка» в литературном музее запускает летние программы для юных писателей и поэтов от 10 до 15 лет. Для тех...

13 июня 2020 г. — День открытых дверей «Проектирование и сопровождение программ в сфере чтения детей и молодёжи»…

Московский городской педагогический университет предлагает педагогам и библиотекарям, имеющим высшее образование, пройти обучение на магистерской программе «Проектирование и сопровождение программ в сфере...

25–27 мая 2020 г. — Международные Старорусские чтения «Достоевский и современность»

Дом-музей Достоевского в Старой Руссе приглашает подключиться к видеоконференции «Достоевский и современность» и поучаствовать в обсуждении докладов. Прямые эфиры пройдут в группе Дома-музея Достоевского в «ВКонтакте» 25–27 мая с 11:00...

При поддержке:

При поддержке фонда Президентских грантов

Устав

Предлагаем прочитать Устав Ассоциации "Гильдия словесников".

Скачать Устав в PDF

Обратная связь